Рейтинг 0,0 / 5.0 (Голосов: 0)
Знак четырех. Тайна отца Брауна (сборник)

Знак четырех. Тайна отца Брауна (сборник)

Аннотация к книге Знак четырех. Тайна отца Брауна (сборник) - Артур Дойл

Знак четырех / Артур Конан Дойл. Знак четырех / Гилберт Кит Честертон. Тайна отца Брауна; [к сб. в целом: предисл. В. Г. Гитина]. - Описание и краткое содержание к книге
В одиннадцатый том серии «Золотая библиотека детектива» вошли роман А. Конан Дойла «Знак четырех» и новеллы Г. К. Честертона («Тайна отца Брауна», «Зеркало судьи», «Человек с двумя бородами», «Песнь летающих рыбок», «Алиби» и др.).

Знак четырех. Тайна отца Брауна (сборник) читать онлайн бесплатно

Артур Конан Дойл, Гилберт Кит Честертон

Знак четырех. Тайна отца Брауна

Сборник

Arthur Conan Doyle, «The Sign of the Four»

Gilbert Keith Chesterton, «The Secret of Father Brown»

© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», издание на русском языке, 2011

© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», перевод и художественное оформление, 2011

Предисловие

Одиннадцатый том «Золотой библиотеки детектива» открывается романом сэра Артура Конан Дойла «Знак четырех» – подлинным шедевром, в свое время, однако, не нашедшим благожелательного отклика у читающей публики. Что ж, такова судьба достаточно большого числа выдающихся произведений, которые лишь с течением времени, иногда довольно продолжительного, обретают подобающий им статус. Весьма показательным примером в данном случае может служить, в частности, гениальная «Чайка» Антона Павловича Чехова.

Собственно говоря, произведение искусства зависит от оценки массового потребителя разве что в примитивно материальном плане, во всех же прочих его художественные достоинства являются константой, и ей, подобно драгоценному камню, абсолютно все равно, признают ли ее таковой невежды.

«Знак четырех» – блистательное произведение, выстроенное по всем сложившимся канонам мировой классики и в то же время являющее собой образец новаторского прорыва, ярчайшей оригинальности, заметно обогатившей тогда еще (1890 г.) сравнительно молодой жанр детектива.

В романе Конан Дойла совершенно органично переплетаются интеллектуальные пассажи и погони с перестрелками, неспешные обсуждения методов расследования преступлений и крайне опасные ситуации, связанные с сугубо практическим применением этих методов, таинственные исчезновения, мистификации, поиск сокровищ – и нежная, трепетная любовь доктора Ватсона, к которой Шерлок Холмс относится доброжелательно и в то же время достаточно снисходительно: «любовь – вещь эмоциональная, и, будучи таковой, она противоположна чистому и холодному разуму. А разум я, как известно, ставлю превыше всего».

Сюжет «Знака четырех» поистине самоценен, он тщательно выверен, настолько тщательно, что им можно было бы иллюстрировать положение Аристотеля о шарообразной монолитности произведения, в котором невозможно видоизменить какую-либо часть, не разрушив гармонии целого.

Но, разумеется, наибольшую ценность представляет собой главный герой романа, Великий Сыщик, вымышленный персонаж, прочно завоевавший сердца миллионов, которые восприняли его как вполне реального человека из плоти и крови.

Между прочим, в 30-х годах Шерлок Холмс даже стал героем такого доселе невиданного жанра, как холмсиана(или шерлокиана),посвященная ему и доктору Ватсону.

Вполне солидные литераторы, такие как Р. Нокс, Х. Белл, С. Робертс или Р. Стаут, дотошно изучали новеллы и романы Конан Дойла, стараясь выискать определенные фразы, на основании которых можно было бы сделать выводы о тех или иных привычках, пристрастиях и прочих подробностях личной жизни Великого Сыщика и его верного друга. Например, Рекс Статут достаточно убедительно доказывал, что Ватсон был женщиной, подругой Шерлока Холмса, состоявшей с ним в тайном браке, а вот английский филолог Тревор Х. Холл на основании некоторых двусмысленных фраз контекста утверждал, что, напротив, Ватсон был мужчиной, причем, довольно любвеобильным, что он пять раз вступал в брак, затем потерял зрение и в конце концов покончил жизнь самоубийством.

И так далее и тому подобное…

Весьма и весьма немногие авторы могли бы гордиться столь широкой популярностью своих героев.

Причина? Наверное, она заключается в исключительной, неповторимой правдивости гениального вымысла.

«Говорят, что правда удивительнее вымысла, – писал Марк Твен. – Это потому, что вымысел боится выйти за пределы вероятного, а правда – нет».

И поэтому она побеждает.

* * *

И совсем иная правда, основанная не на железной логике Холмса, а на чувствах, на потрясающей интуиции неказистого священника Брауна, который не ищет, не анализирует собранные улики, а вживается в чувства и поведение подозреваемого, как говорится, влезает в шкуру злодея, проникает в лабиринты его души, начинает ощущать то же, что и он, и в итоге приходит к безошибочным и ошеломляющим выводам…

«Я изучаю человека не снаружи, – говорит священник. – Я пытаюсь проникнуть внутрь».

У отца Брауна нет определенного метода расследования. Его логика – это логика невероятного, логика смутных ощущений, а не четко выстроенных доводов, логика в принципе бездоказательная, основанная на вероятном, а не на очевидном.

Создается впечатление, будто бы Честертон задался дерзкой целью дезавуировать классический детектив, основанный на жестких конструкциях логической мысли. В определенной мере он бросает вызов и Эдгару По, и Артуру Конан Дойлу, чьи произведения прежде всего основаны на дедукции и скрупулезном анализе объективных данных.